Взгляд Олеся Бузины: Что делать на грани политической изоляции?

На нынешней неделе официальный Киев столкнулся с таким недвусмысленным давлением Запада, которое ставит крест на любых стремлениях достичь ассоциированного членства с Евросоюзом. Достичь не только в ближайшее время, но и в будущем. Хоть обозримом. Хоть гипотетическом.

Во-первых, стартовала международная семейная кампания клана владелицы политической фирмы «Батьківщина» в защиту Юлии Владимировны. На пресс-конференции в Париже Евгения Александровна Тимошенко (так и хочется сказать: «Евгения Юльевна») заявила, что в феврале намечен ее завтрак с президентом США Бараком Обамой. Вряд ли стоит надеяться, что за этим маленьким гастрономическим праздником двух чистых душ Женя и Барак займутся тем же, чему посвящали свои досуги Билл и Моника. Завтрак — не ужин, а Обама — не Клинтон. Наверняка Тимошенко-младшая найдет самые проникновенные слова для описания страданий Тимошенко-старшей в качановской Бастилии, а президент США на свежую голову обнаружит новые возможности надавить на то, что гордо именует себя украинским правосудием.

Во-вторых, Парламентская ассамблея Совета Европы давит на ту же интимную точку нынешней украинской власти, требуя немедленно исключить из Уголовного кодекса статьи, по которым осуждена Юлия Тимошенко, так как они, по мнению евродепутатов, «фактически допускают уголовную ответственность за обычное принятие политических решений», что «противоречит принципу верховенства права и является недопустимым».

В-третьих, глава представительства ЕС в Украине Жозе Мануэль Пинту Тейшейра назвал условия признания Европой грядущих парламентских выборов и подписания договора об ассоциации: «Для Украины будет обязательно, чтобы они отразили волеизъявление населения и были проведены прозрачно и в соответствии с международными стандартами». А для этого главным условием, по его мнению, является участие в выборах ВСЕХ оппозиционных лидеров: «Сейчас Украине следует проанализировать, действительно ли она твердо настроена достигать целей и двигаться в верном направлении».

И, наконец, в-четвертых, посол Франции по правам человека Франсуа Зимере после посещения нашей страны посетовал, что «если нынешняя ситуация с правами человека в Украине будет продолжаться, то ни о каком подписании соглашения об ассоциации с ЕС речи быть не может». Наверняка, вы уже догадались, о правах какого человека идет речь в заявлении еврочиновника: переводя абстрактное в конкретное, я не вижу никого за этим словесным парижским туманом, кроме все той же Юлии Владимировны.

А тут еще, как нельзя кстати, медвежью услугу Виктору Януковичу и Ко оказал обиженный товарищами по Коммунистической партии депутат Леонид Грач. Изгнанный из рядов КПУ из-за конфликта с Петром Симоненко, он открыл собственную КПРС (Коммунистическую партию рабочих и селян) и, вынужденный ее «раскручивать», выступил, недолго думая, в защиту сексуальных меньшинств против порнографии. А для этого настрочил обращение в прокуратуру на львовского литератора Юрия Винничука, осмелившегося читать публично свое стихотворение на державной мове «Убий під...раса!»

Писателя-антипид...раса, вопреки всем европейским традициям, бросилось защищать мирно дремавшее доселе украинское отделение ПЕН-клуба. Устами двух своих вице-президентов Куркова и Рябчука, слившихся в сладкую протестную парочку, оно призвало органы власти прекратить политические преследования в Украине, ограничение свободы слова и вмешательство в «літературно-мистецьку діяльність». «Закликаємо українських письменників і митців, а також закордонних коллег, — взывают Рябчук и Курков, — приєднатися до нашого протесту». Вот какой сыр-бор разгорелся всего из-за одного какого-то «пид...ра»! Причем даже мне, живущему в Украине и зарабатывающему литературным ремеслом, непонятно, кого же защищать? Кто тут больший «пид...рас»? Но, уверен, раз в обращении ПЕН-клуба упомянута власть, то наши ПЕНисы уже назначили стрелочников для Европы, которой в оттенках наших извращенцев разбираться недосуг. Она-то уж точно знает, кто виноват! Причем заранее. В общем, картинка для европейского общественного мнения нарисована хоть и размашистыми, зато сочными мазками: в Украине нарушают права человека, притесняют свободу слова, вмешиваются в творчество «митців», готовятся к проведению нечестных и непрозрачных выборов, а заодно гнобят бедных оппозиционеров, чьи дети вынуждены автостопом добираться на завтрак к президенту США. И все это настолько важно, что Запад готов даже временно закрыть глаза на демарши со стороны некоторых «оппозиционных» литераторов по адресу дорогих его сердцу профессиональных гомосексуалистов. Впрочем, действительно, нужно же кем-то жертвовать во имя идей мировой демократии, не так ли?

Если отбросить красивые слова, то дело не в правах человека, не в цензуре, которой достаточно и в Европе, и в США, и не в правилах, по которым будут проводиться выборы. Если бы у Евросоюза было желание «приблизить» Украину, он бы давно это сделал. Оранжевые находились у власти в Киеве пять лет. Это достаточный срок, чтобы предоставить украинским гражданам безвизовый режим и договориться если уж не о полноправном, то хотя бы о пресловутом «ассоциированном» членстве. Однозначно, Ющенко и Тимошенко были лучше для Брюсселя и Вашингтона, чем Янукович и Азаров. Тогда почему же единственным шагом по приближению Украины к Европе стала тогда передача части шельфа вокруг острова Змеиный Румынии?

Посла Франции по правам человека не беспокоят права «человеков» в Ливии! Его страна развязывает там войну, переворачивает все вверх дном, оставляет после себя горы трупов и надеется, что все закроют глаза только потому, что хотят увидеть Париж и умереть. Да нечего там смотреть! Мне до сих пор обидно, что мой прадед спасал этот Париж в 1914 году своей кровью. Лучше бы его немцы тогда взяли, а у нас не было ни революции, ни Гражданской войны, спровоцированной французскими кредитами и желанием загадочной славянской души пострадать за этот оплот мировой культуры, где сгнили от сифилиса Мопассан и Мане.

Если Европа поворачивается задом, любой уважающий себя политик должен дать ей пинок, а не прислушиваться к трепыханиям ее скупой натуры, торгующей визами и определяющей, кто человек, а кто нет.